Польский Болек

720

Семья лучшего бомбардира ЧМ-74 поляка Гжегожа Лято немало поколесила но стране. Старшего Лято авиамеханика по профессии, направляли то на одно предприятие, то на другое. I В начале 50-х семейство осело в Мелеце. О городе, который он I считает родным (родился Гжегож Лято в Мальборке, бывшем Мариенбурге), герой ЧМ-74 вспоминал:«Там был один кинотеатр и три телевизора. Так что телевизионное времяпрепровождение нам со старшим братом Рышардом не грозило. День был разделен на две части — необходимую школьную и добровольную футбольную».

В школе Гжегож прошел обязательный минимум в семь классов, а после окончил механический техникум. Нужно было зарабатывать деньги и помогать матери, потому что отец братьев Лято трагически и нелепо погиб в 1959 году, когда Гжегожу было девять лет. Старший Лято поскользнулся в луже вытекшего из самолета масла и. упав, ударился головой о бетонную полосу…

Но свои первые деньги — 400 злотых в месяц — Гжегож стал приносить в дом еще в 12-летнем возрасте. Небольшую стипендию платил ему мелецкий футбольный клуб «Сталь», в который он записался на пару с Рышардом. «По тем временам это были неплохие деньги, важное подспорье для семейного бюджета, поскольку мать разрывалась на двух работах, чтоб прокормить нас. одеть и обуть…»

В молодежной сборной страны он дебютировал чуть ли не раньше, чем в основе своего клуба. Юниоры в «Стали» были неплохие, их приглашали в сборные разных возрастов, но как-то обходились без Лято. Несмотря на то, что он уже немало и регулярно забивал, его не вызывали даже в сборную воеводства. А тут, летом 1970-го, последовало приглашение сразу в команду 11-23, которую опекал тогда Анджей Стрейлау, помощник тренера первой сборкой Казимежа Гурского. Лято, самый молодой в этой команде, играл рядом с Мусялом. Томашевским, Цмикевичем, Шимановским… Все они стали позже героями ЧМ-74.

С попаданием в первую сборную ему немного повезло. Правый крайний нападения «Стали» Гжегож Лято был быстр, очень быстр, писали, что стометровку он пробегает за 10, 8 секунды, но Гжегож был совсем молод и. кроме скорости и боевитости, ничем не выделялся. Когда Стрейлау привел его к Гурскому и предложил испытать парня в деле, тот не возражал, но отнесся к предложению ассистента иронически: «Согласен, он скор, как ветер, часто бежит даже быстрее мяча. Но и в голове ветра у него пока предостаточно. Впрочем, пусть остается».

Правым крайним в сборной Гурского был Ян Банась, игрок постарше и поопытнее Лято, еще далеко не ветеран. Ноу Банася были проблемы нефутбольного свойства. Он родился в Берлине во время войны, его отец служил в вермахте, и будущего игрока сборной Польши называли тогда не Яном, а Гансом-Дитером. В 1967-м после матча бытомской «Полонии» с «Норчепингом» на Кубок Интертото Банась остался в Швеции. Он вернулся через год, покаялся, сменил имя, продолжил карьеру в клубе, а затем и в сборной. Его снова стали выпускать за границу, но одна страна оставалась для него табу — ФРГ. Польские власти были уверены, что стоит Банасю попасть в ФРГ, как отец, который впервые увидел своего сына в середине 60-х, обязательно уговорит его остаться.

Невезением для Банася стало место проведения будущих ОИ-72, куда «Кадра» (так в Польше называют свою сборную —) пробилась, и ЧМ-74, на который предстояло пробиваться — ФРГ. Мало того, в отборе к ЧЕ-72 Польша попала в одну группу с западными немцами.

И тогда понадобился Лято. Его взяли на товарищеский матч в Испанию, он заменил во втором тайме Банася и, таким образом, дебютировал в сборной. Через две недели в Гамбурге он вышел в основе. О победе в том матче никто не мечтал, но шансы на продолжение борьбы давал только выигрыш. Встреча закончилась со счетом 0:0, и самый лучший, идеальный момент, выйдя один на один с вратарем, имел в этой встрече быстроногий Лято. Но Майер спас. Вообще, Гжегожу «не везло» с Майером. Потом, на ЧМ-74, в «самой мокрой игре в истории» Майер снова, на этот раз дважды, спасет ворота от ударов Лято.

В ОИ-72 Гжегож участвовал, даже сыграл 45 минут в матче с датчанами, получил вместе с товарищами золотую медаль, но основным в сборной по-прежнему не считался. Его не взяли в заокеанский вояж «Кадры» в августе 1973 сборная готовилась к решающим отборочным матчам ЧМ-74 против Уэльса и Англии без Лято.

Гжегож находился в Мелеце, когда пришла телеграмма с польского футбольного союза. Гурский срочно вызывал его в Софию где поляки возращались из Штатов, должны были сыграть со сборной Болгарии. Банась получил повреждение в последней игре в США, и тренер решил вернуть Лято. В Варне «Кадра» выиграла у болгар 2:0. Оба мяча забил Гжегож. С тех пор он надолго стал основным правым крайним сборной страны.

…Возможно, и Лято перекрыли бы поездки в ФРГ, если бы в Польше знали о его родственниках, живущих в Германии. Но он благоразумно никогда и никому о них не рассказывал. Раньше не знал об их существовании, а потом решил зря языком не трепать. Эти родичи объявились, когда сборная Польши накануне игры с Югославией разместилась в небольшой гостинице во Франкфурте-на Майне. Они пришли не только «познакомиться» со своим польским племянником и двоюродным братом, о котором слышали, но никогда не видели, но и с вполне конкретной пропозицией: «Оставайся в Германии, гражданство получишь как выходец из Восточной Пруссии!». Они даже знали о том, что в ФРГ на последний матч должна приехать жена Гжегожа поболеть за мужа. «Разумеется, она останется с тобой, а ребенка мы вытащим в течение полугода по линии Красного Креста…». Лято был потрясен их осведомленностью в его личных делах, стремительностью и деловитостью, с которой были сделаны предложения. Позже он узнал, что за всеми гарантиями стояли люди из «Кёльна», которые выяснили всю его подноготную, нашли родственников и отправили в стан сборной Польши.

Гжегош дипломатично ответил, что «очень рад познакомиться с неизвестными ему тетями и сестрами», но предложение это он «даже обсуждать не будет и твердо отказывается». «Я много лет не рассказывал об этом визите никому»…

…«Орлы Гурского» на ЧМ-74 поразили футбольный мир. Блестящая команда, пожалуй, лучшая в польской истории. И она принялась доказывать неслучайность своего попадания «на мир» сразу в первой же игре с аргентинцами. Лято открыл счет уже на шестой минуте. Всего на ЧМ сборная Польши провела семь матчей. Во всех участвовал Лято. Он забил в этих играх семь мячей и стал лучшим бомбардиром чемпионата (заметим, что шесть из семи голов были «очковые»). Приз, правда, он не получил — его просто не изготовили. Гжегож попал во все символические сборные, составляемые журналистами, а в номинации на «Золотой мяч-74» занял шестое место после Круиффа, Беккенбауэра. Дсйны, Брайтнера и Неескенса. Неплохая компания, нетак ли?

В Польше теперь его знали все. Он стал также известен в мире, и мир заинтересовался им. Самые конкретные предложении поступили из «Кельна» и «Мюнхена-1860». Но главное и самое заманчивое — из нью-йоркского «Космоса», в котором играл сам Пеле. Лято отказался. Сам он не утверждал, но намекал,  что польские власти не очень-то были настроены отпускать его за границу. Он говорил, что «я не смог бы играть за сборную, находясь далеко за океаном». Предложения о смене клуба внутри Польши он не рассматривал вообще, поскольку и в «Стали» материально было очень неплохо, кроме того, он никуда не собирался переходить. Клуб поддержал его в трудные времена в 60-е. и было б черной неблагодарностью покинул, его теперь.

Из страны уехал лишь в 1980-м, в бельгийский «Локерен», клуб, за который уже много лет выступал его товарищ но сборной Влодзимеж Любаньский.

…За свою многолетнюю игроцкую карьеру Лято не был ни разу удален с поля и получил всего одно (!) предупреждение. Да и то не за грубость, а за несогласие с решением арбитра. Он «в шутку» начал рукоплескать судье после не засчитанного мяча, забитого игроком «Стали» якобы из офсайда. Дошутился до предупреждения…

С чувством юмора у нега всегда был полный порядок. Он любил и любит до сих нор «травить» грубоватые «простецкие» анекдоты и устраивать розыгрыши. В Мелеце рассказывали, будто однажды на день рождения Анджея Шармаха (до сих лучшего друга Гжегожа; их называли Болеком (Лято) и Лёлеком (Шармах) в честь персонажей популярного мультсериала) он купил в подарок лошадь и затащил ее на третий этаж к дверям квартиры, где жил Шармах. Лято уточнял, что не на третий, а на второй, и затаскивал животное не он, а группа юниоров из «Стали». И вообще, не он делал подарок Шармаху, а Болек и Лёлек вместе дарили коня другому игроку своей команды. Вот такой факт имел место…

После ЧМ-78 вместо Яцека Гмоха «кадру» принял Рышард Кулеша. Лято. которому уже исполнилось тридцать, по-прежнему был «жаден» до игр в футболке национальной команды. Он вытряс из нового тренера заверение, что тот, несмотря на отъезд Гжегожа за границу, обязательно будет привлекать его в сборную, готовящуюся к ЧМ-82. Однако на отборочный матч с Мальтой не вызвал. Оказывается, Кулеша обратил внимание, что в заявке «Локерена» Лято значится под 21-м номером. «То есть он не основной игрок бельгийского клуба? Что ж, в «Кадре» ему делать нечего». Выручило Гжегожа телевидение, транслировавшее на Польшу матч Кубка УЕФА «Локерен» — «Реал» (Сан-Себастьян). Кулеша увидел его в стартовом составе, вызвал на сбор, а там уже Лято объяснил тренеру, что в Бельгии играют под постоянными номерами.

Гжегож Лято — рекордсмен сборной Польши по числу выступлений. Он провел 104 игры за «Кадру» и забил в них 45 мячей. По бомбардирскому показателю он уступает только Любаньскому — у того 48 голов в 75-ти матчах.

В 1982 году Лято покинул «Локерен», отправился в Мексику, поиграл там два сезона за клуб «Атланте», а затем перебрался в Канаду, где стал играющим тренером в любительской «Полонии» из Гамильтона.

Заработанные в течение карьеры деньги он вложил в совместный бизнес с одним канадцем. Об этом периоде своей жизни Лято распространяться не любит, сообщает только, что «дело не пошло, я продал свою долю партнеру и в результате ничего не нажил, остался в нулях». Он вернулся в Польшу и возглавил свой родной клуб «Сталь». В середине 90-х на вопросы журналистов. «не собирается ли он пойти в политику», отвечал: «То не мое дело — заседать помногу часов в парламенте и отсиживать дупу».

Но «времена меняются, и мы меняемся вместе с ними». В 2001-м Лято прошел в парламент по списку СЛД («Союз левицы демократичней») и благополучно заседал в Сейме целых четыре года.

В 2008-м он был избран президентом Польской федкрации футбола. С тех пор за деятельностью президента Лято мы наблюдаем с не меньшим вниманием, чем за игрой футболиста Лято тридцать лет назад…



Комментировать